Из ада Майданека

75-летие освобождения

В годы войны в лагерях смерти уничтожили сотни тысяч детей и взрослых. Как давно это было…  Но только не для Николая Фёдорова (на снимке с женой Галиной) из д. Меховое, попавшего в 10-летнем возрасте с матерью, братом и сестренками в застенки лагеря Майданек. Его биография — настоящий урок мужества, несгибаемой силы воли.

То, что ему пришлось пережить, будучи ребенком, не вычеркнуть из болезненной памяти.

  — Родился я в 1933 г., — начинает рассказ Николай Иванович, — в д. Храпаки Суражского района. Настоящее мое имя — Никита. Это после возвращения с чужбины, когда оформляли документы в детский приемник-распределитель, записали Николаем. До войны успел окончить первый класс: в школу ходил в д. Захаренки, это в трех километрах от Храпаков. В нашей деревне жил тесть Миная Шмырёва. В одном из партизанских отрядов батьки Миная воевал мой старший брат Сергей.  Он погиб, не вернулся с войны и отец.

  Родную деревню Николая немцы сожгли, и семья перебралась к бабушке в д. Горькаво. В феврале 1943 г. враги организовали карательную экспедицию против партизан. Дети с матерью и другими сельчанами ушли в Щелбовские леса. Но немецкая цепь настигла их, и под конвоем жители вернулись в деревню. Разразился тиф. В этот раз фашисты ушли. Через некоторое время умер младший брат Вася от инфекции. В апреле началась новая экспедиция. Тогда семье Николая Фёдорова чудом удалось выжить: немцы согнали всех на пустующий ток, но не смогли закрыть дверь, а стрелять не стали — боялись попасть по своим. Каратели пришли вновь и начали выявлять партизанские семьи. Мальчик с братом, мамой, сестрами Таней и Маней попали в лагерь «5-й полк».

  — Вскоре, — продолжает собеседник, — нас погрузили в вагоны-телятники и повезли. Куда? Зачем? Никто не знал. Ехали неделю. Оказались в Люблинском Майданеке. Тогда мы еще не знали, что это лагерь смерти… Нас погнали в баню: лилась то холодная вода, то кипяток. Потом открывается дверь — и в раздевалку. В этой бане было три двери: одна — вход, другая — выход в раздевалку, а третья, как я узнал уже после войны, вела в газовую камеру. За полгода в Майданеке мне пришлось побывать в этой бане несколько раз. Когда мылись, нам раздавали на руку каустическую соду. Однажды банщик ударил рукой по пачке. Сода разлетелась и попала мне в глаза, а воду еще не пустили.  С того времени зрение и ухудшилось. До сих пор не могу смотреть на одежду из материала в полоску, потому что все мы ходили в полосатых робах, на которых был нашит номер.

  С матерью детей не разлучили. Они все жили на пятом поле (секция лагеря из 24 бараков), которое называлось женским, рядом с крематорием. Каждый день мальчик видел страшные печи, куда отправляли людей. Мать работала на овощных полях, дети тоже занимались прополкой, уборкой овощей и другими работами. Кормили в лагере баландой из овощей, резаной капустой. Неизгладимую травму в душе Николая оставила смерть сестренки Мани. А потом немцы решили забрать ребятишек от матерей. Когда женщины ушли на работу, детей собрали в отдельное здание, а утром увезли на станцию.

 —  В ноябре 1943 г., — говорит Николай Фёдоров, — нас привезли в г. Лодзь. Скоро узнали, что мы в детском лагере. Зимой 1944 г. здесь организовали ремонтные мастерские по изготовлению обуви, где мы работали. Приходилось трудиться на овощных плантациях. Через год стала слышна канонада — к Лодзи приближалась линия фронта. Старших ребят увезли, а сестра Таня осталась в этом лагере. Нас с братом Володей тоже разлучили. Я попал в Германию. На авиазаводе обучали слесарному делу: две недели учился работать с напильником. Освободили нас американцы.

  Сестра Николая Ивановича Татьяна после освобождения попала в детдом в г. Киеве, там окончила школу, мединститут и работала врачом. Она и сейчас живет в Киеве. Брат Владимир по освобождении оказался во Франции, вернулся, жил в Витебском районе, работал механизатором. Николай добрался в 1945 г. в д. Горькаво к тетке. Он узнал, что его мать умерла в Майданеке. Сначала мальчика определили в Витебский детский приемник, потом — в Обольский детдом, позже — в Оршанский. Николай Иванович окончил педучилище и приехал по распределению в Меховскую школу. Здесь он 43 года проработал учителем-универсалом — преподавал рисование, музыку, физкультуру, труд. В деревне встретил свою любовь. С Галиной Григорьевной, которая долгое время заведовала Меховским сельским клубом, они вместе идут по жизни 58 лет: построили дом, вырастили двух дочерей, дождались троих внуков, четверых правнуков. Занимались хозяйством, огородом. Хозяева и теперь держат кур и поросенка.

  — Иногда что-то трудно вспомнить, а жизнь за колючей проволокой отложилась в памяти, как будто это было вчера, — отмечает Николай Фёдоров, —   Хочется, чтобы наши дети, внуки и правнуки жили под мирным небом, чтобы кошмары нашего детства больше не повторялись. Никогда…

Галина КОВАЛЁВА.

№97 пол 4 Майданек



Теги: