Чернобыль — зона отчуждения

Актуальное Социум

26 апреля 1986 г. навсегда останется трагической датой в нашей памяти. Авария на Чернобыльской атомной электростанции является одной из крупнейших за всю историю человечества. Александр Жабило из д. Смоловка Стодолищенского сельсовета в 1988 г. работал на станции в качестве ликвидатора. Семья очень переживала за родного сына, мужа и отца, ведь никто не знал, какие могут быть последствия после этого опасного труда.

По словам Александра Дмитриевича, ехать в чернобыльскую зону было жутковато. Самыми тяжёлыми были первые десять дней нахождения там, так как организму необходимо было акклиматизироваться. Это сказалось и на здоровье: сильный кашель и невыносимые головные боли.
Александр Жабило был водителем начальника штаба Ленинградского полка, а ещё работал на станции, а также в самом г. Припять:
— Я занимался ликвидацией аварии. На станции расчищали коридор, связывающий первый, второй и третий блоки, мыли стены, заливали бетоном полы, выносили мусор. Бывало, идёшь, а дозиметр как запищит! Сразу понимаешь, что уровень радиации высокий, — вспоминает собеседник. — Мы работали по четыре часа в день, а иногда и 15 минут в зависимости от радиационного фона. Когда носили кирпичи в зоне повышенного радиационного заражения, нужно было быстро брать их и возвращаться обратно. Потом приезжали другие рабочие и выполняли аналогичные действия.
Машины мыли тщательно, а после проверяли их на уровень радиации. Если фон был высокий, то мыли несколько раз. Сначала А. Жабило ездил на машине медпомощи, но через некоторое время она стала фонить. И на ней запретили выезжать, поэтому ему дали в пользование другой служебный автомобиль.
В деревнях ликвидаторы работали целыми днями. Сносили деревянные дома, а кирпичные просто чистили. Деревни в основном были пустые, заросшие чернобыльником, кругом стояла тишина. Но были и те, где ещё оставалось по два-три жителя.
— Леса после аварии были рыжего цвета. Некоторые ликвидаторы не боялись и собирали грибы, а потом жарили их на костре. В озере ловили рыбу, пили воду из водяной скважины, — говорит Александр Дмитриевич.
Ленинградская часть, в которой был А. Жабило, состояла примерно из 450 офицеров и солдат. Жили они в лесу в 30-километровой зоне от Чернобыля. По словам ликвидатора, были созданы хорошие условия проживания: кормили хорошо, выдавали рабочую одежду, выплачивали командировочные, и даже возили на футбольный матч в Киев. Дисциплину здесь тоже соблюдали.
Александр Дмитриевич вспоминает, что когда они зашли в одну из городских квартир г. Припять, то увидели, что на плите ещё осталась стоять кастрюля с борщом. Люди жили обычной жизнью, не подозревая о страшной трагедии. Электричество ещё не отключили, поэтому, в тех квартирах, где оставались телевизоры, они включали их, чтобы узнавать последние новости, а после чистки помещения, выбрасывали в последнюю очередь. Со складов вывозили продукты питания, а в магазинах можно было увидеть новую одежду, электротехнику и мн. др.
В 50 км от Чернобыльской АЭС построили г. Славутич для постоянного проживания работников станции и их семей. А. Жабило рассказал, что там поднялся высокий радиационный фон. В результате ликвидаторов направили мыть этот город.
Александр Жабило пробыл в чернобыльской зоне шесть месяцев, а после вернулся на родину. Сейчас он поддерживает отношения со своим товарищем Николаем Молчановым, который работал там водителем на поливомоечной машине.
Воспоминания, фотографии и Почётная грамота за проявленные при выполнении заданий советского правительства по ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС мужество, высокую доблесть, самоотверженность и активное участие в шефской работе — это то, что осталось у Александра Дмитриевича Жабило. Он надеется, что такая трагедия больше никогда не повторится.

Майя СОЛДАТЕНКО.



Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *